В старой песенке поется:
После нас на этом свете
Пара факсов остается
И страничка в интернете...
      (Виталий Калашников)
Главная | Даты | Персоналии | Коллективы | Концерты | Фестивали | Текстовый архив | Дискография
Печатный двор | Фотоархив | Живой журнал | Гостевая книга | Книга памяти
 Поиск на bards.ru:   ЯndexЯndex     
www.bards.ru / Вернуться в "Печатный двор"

18.01.2010
Материал относится к разделам:
  - Персоналии (интервью, статьи об авторах, исполнителях, адептах АП)

Персоналии:
  - Фахртдинов Павел Маратович
Авторы: 
Оленев Илья

Источник:
http://www.mikras.narod.ru/vokzal/guests/fahrtdinov-2004/
http://www.mikras.narod.ru/vokzal/guests/fahrtdinov-2004/
 

Павел Фахртдинов – Несущий Свет

Разговор в перерыве

 

— Паш, я понимаю, что мы-то с тобой давно уже знакомы, да и в Интернете тебя тоже достаточно много... Но, давай несколько слов о себе. Банальный вопрос.

 

— Я близнец по знаку Зодиака, мне 22 года, когда писать начал – не помню, ну лет в 15 были потуги...

 

— Когда мы с тобой знакомы – с 96-го? Ну, вот тогда ты и начал писать.

 

— Да, мы познакомились на фестивале в Сергиевом Посаде.

 

— Я думаю, что мы уже дружим. Что тебя на фестиваль-то привело? Ведь это же отправная точка?

 

— Это так давно было... Я помню, что выиграл какой-то фестиваль, после которого мне сказали, мол, может быть ты, дружище, поедешь вот на такой фестиваль, в Сергиев Посад. Поехал, и вот с тех пор покатилось, понеслось. Там я был лауреатом, потом Тверского фестиваля, оригинального, потом на Петербургском Аккорде, потом на Грушинском...

 

— Когда ты понял, что ты не просто что-то пишешь, а пишешь достаточно качественно, что уже имеешь право выходить на сцену?

 

— Все это не так, я ничего этого не понял. До сих пор. Но вот ты меня позвал, сказал – пой свои песни, и вот я пою и читаю свои стихи. Кому-то когда-то я спел, кто-то точно так же записал на диктофон, и вдруг мои песни разошлись, разошлись, разошлись, я даже сам не знаю как, и людям это нравится. А насчет качественно писать стихи, не знаю, – качественно писал Бродский, гениально совершенно.

 

— Ты один из немногих молодых людей, которые подают надежды... Я не знаю, как назвать твой жанр, это не авторская песня...

 

— Нет, авторская песня – это та, которую написал автор :) ... Это полубардовская песня, полунебардовская, это и не рок...

 

— Авторская песня, то есть поэзия под музыку сейчас уходит в некоторые другие границы, ближе может быть к року, и молодые начинают играть вот так..., у тебя будет будущее...

 

— Ну, будет будущее, и слава Богу, а зачем его бояться, будущего? Я сам иду к нему.

 

— На этом пути, гладком или тернистом, существуют определенные нормы поведения, которые надо преодолеть, всяческого рода соблазны. Как ты эти соблазны преодолеваешь?

 

— Да никак. Что с этим бороться? Пока молодые, можно и выпить водовки, и покурить сигарет... По-моему в любом мире, будь то бардовская песня, будь то деловой мир, самое главное – оставаться самим собой.

 

— (А. Страузов) Павел, а с какими песнями ты стал лауреатом на Груше?

 

— Одна, с которой я сегодня начинал – "В Петербурге снег и непогода", и вторая – колыбельная, я ее спою еще.

 

— Очень здорово. Но вот тебя еще плохо знают на Дальнем Востоке...

 

— Я не думал над вопросом – давит ли меня Москва, я там живу. Но если представится возможность поехать на Дальний Восток, если меня кто-нибудь пригласит, я с удовольствием поеду туда. Это вообще не вопрос.

 

— (Юлия) Паш, а кроме того, что ты ездишь на концерты, чем еще занимаешься?

 

— Я заканчиваю два института. Зачем – я не знаю. Одна специальность – юрист, авторское право, другая – психоанализ.

 

— (Реплики) Необычное сочетание. Вообще, стихи – неплохой предмет для психоанализа... да и для авторского права – тоже...

 

— Вообще, человек – неплохой предмет для психоанализа.

 

— Я очень часто слышу в твоих словах, при разговоре: дай Бог, дай Бог... Ты верующий человек?

 

— Да.

 

— И еще такой вопрос. У тебя очень талантливый папа – Марат Фахртдинов. Влияние какое-нибудь оказал?

 

— Он не пишет стихов, он очень хороший, классный исполнитель. И вообще у меня, как у любого человека, три стадии становления личности – это гены, родители и общество. Конечно же, он повлиял.

 

— (Юлия) А вот эта фамилия, такая сложная... в переводе с какого?

 

— Татары мы. С арабского моя фамилия переводится странно – фахртдин — несущий свет. Несущий свет на латыни — звучит Люцифер. Так что...

 

— А откуда столько боли и одиночества в стихах, ты же достаточно неодинокий человек.

 

— Каждый человек одинокий хотя бы потому, что он один такой. Мне, как и любому человеку, бывает и больно и замечательно, и плохо и хорошо.

 

— Тебя не смущает недобор публики в зале?

 

— Нет. Если вы пришли и это понравилось, то славно, замечательно. Я и не претендую на двухтысячные аншлаги.

 

— На концерте приходится слишком много энергии тратить, как ты ее восполняешь? Ты так выкладываешься... Цитируя Геннадия Жукова, водка – это жесткая энергия...

 

— Конечно, не всегда водкой. Я ее не настолько люблю, чтобы ею кормиться и питаться. У меня есть черта – мне за пять минут до концерта надо побыть одному, и минут двадцать после концерта.

 

— (Реплики) Спасибо. Хорошо, что мы не после концерта стали приставать с вопросами.

 

Беседовал Илья Оленев

Подготовил Mik

 

 © bards.ru 1996-2024